Дорнах. Дом собраний в колонии антропософистов Гётеанум

95

В Швейцарии получили распространение два типа школ — с 6 и 20—24 классами. Несмотря на значительное различие в размерах, те и другие строились 3-этажными.

Школы первого типа — своего рода «точечные» здания: на каждом из этажей по обеим сторонам лестницы-холла располагались классные комнаты. Популярность таких школ в прошлом столетии объяснялась их компактностью, хорошей освещенностью

и легкой приспособляемостью к любому рельефу. Те же качества были развиты в планировке школ в годы расцвета швейцарского школьного строительства в 30—60-е годы XX в.

Большие 20—24-классные школы имели коридорную планировку. Однако распространенное во времена классицизма двустороннее расположение классов в середине XIX в. было заменено односторонним. Коридор стал широким и светлым и использовался как рекреационный зал. Одновременно начали строиться здания, где рекреационным залом служила развитая площадка лестничной клетки. С 90-х годов XIX в. в школах появились гимнастические, рисовальные и певческие залы.

На рубеже XIX и XX вв. начался новый этап в развитии швейцарской архитектуры.

В первые десятилетия XX в. новым для Швейцарии было строительство поселков. Идея города-сада весьма импонировала средним слоям швейцарцев своей мелкобуржуазной направленностью. Сторонниками этой теории проповедовался принцип строительства в природном окружении, что помогало сохранить идиллический облик швейцарских поселений, столь привлекавший туристов.

Пришедшая на смену регулярной застройке живописная планировка, мягкие изгибы улиц, компактная форма домов на 1—4 квартиры — все эти особенности, рациональные в условиях гористого рельефа, быстро привились в Швейцарии.

В конце XIX — начале XX столетий среди городского населения индустриальных стран Европы под влиянием все усиливающегося напряженного ритма жизни больших городов еще более возросла тяга к природе. Во время отдыха туристы стремились избежать всего, что напоминало обычную для них городскую обстановку. Это в конечном счете нашло свое отражение в архитектуре швейцарских отелей. Их размеры уменьшились. Архитекторы сконцентрировали свои усилия на том, чтобы приблизить отдыхающих не только к природе, но и к простоте, покою, непритязательности сельской жизни, не жертвуя, однако, городским комфортом. В 90-е годы

XIX в. начали строиться отели в подражание фермам Бернского кантона (отель Хо- хенфельде в Аарозе, 1896). Так, в первые годы XX в. обозначился переход от строительства отдельных крупных зданий к строительству поселков-отелей, состоящих из нескольких небольших по размерам зданий. Это позволило размещать их на сложном рельефе и добиваться лучшей, чем при сооружении отелей дворцового типа, связи с природой. В качестве строительного материала широко использовали дерево, применяли распространенные в народной архитектуре опоясывающие галереи, а иногда высокие кровли.

Таким образом, идея города-сада оказала большое влияние на швейцарскую архитектуру в целом и отразилась на строительстве как для иностранцев, так и для местных жителей. С начала XX в. различие между этими двумя видами строительства постепенно сглаживается. Это было связано и с тем, что возросший на рубеже XIX—

XX вв. интерес туристов к экзотике, к народному искусству и промыслам вызвал в Швейцарии стремление усилить, подчеркнуть безвозвратно исчезнувшие во многих районах индустриальной Европы колоритные картины и формы народной жизни.

Архитекторам Швейцарии — мелкобуржуазной, благонамеренной и благополучной страны — свойственны, с одной стороны, крайняя осторожность в применении новшеств, а с другой, — безудержный радикализм в применении форм нового стиля. Это наглядно проявилось в отношении швейцарских архитекторов к европейскому модерну.

В целом архитектура Швейцарии не знала модерна. Но именно в Швейцарии был сооружен один из наиболее крайних по использованию принципов модерна комплекс-колония антропософистов в Дор- нахе. Основоположником этого направления в философии (разновидности теософизма) был Рудольф Штейнер (1861—1925). Суть этого учения состоит в том, что источником «богопознания» признается интуиция, откровение, и считается, что скрытая от глаз непосвященных истина доступна лишь избранным, обладающим особым духовным зрением.