АРХИТЕКТУРА АЗЕРБАЙДЖАНА XII—XV вв.

39

В истории азербайджанского зодчества важное место занимают XII—XV вв. Образование ряда независимых государств после распада «великой» империи сельджуков,

возникновение огромного государства Иль- ханов, которое включало и Азербайджан, несколько оправившийся после тяжких последствий монгольского нашествия, последующий подъем Ширвана и создание государств Кара- и Ак-коюнлу способствовали росту многих городов страны.

Для XII — начала XIII вв. показательно развитие городов, находившихся на основных путях караванной торговли. Эти города были известны ремесленным производством и нередко служили столицами феодальных государств, которые возникали в стране. В настоящее время в общих чертах восстанавливается облик Нахичевани, Баку, Бай- лакана, Ганджи, Кабалы и других городов, выявляются особенности их застройки, размещения цитадели и ремесленных кварталов, специфика фортификационных систем, характер и степень инженерно-технической оснащенности. Территория городов увеличивалась за счет окружавших шахристаны рабадов, куда постепенно стал перемещаться центр городской жизни. В стихийном росте городов, преимущественно развивавшихся по кольцевой системе, наблюдаются некоторые общие закономерности. Почти все крупные города были защищены мощными крепостными стенами — бары, и рвами — хандак. В скученную массу невзрачных, мелких жилых строений были вкраплены сравнительно большие объемы дворцовых, культовых и торгово-ремесленных зданий. Ремесленники одной профессии, как правило, селились в одном квартале — махалле. Если же в одном квартале находились мастерские ремесленников различных специальностей, то такой махалла обычно делился еще на ремесленные ряды — джер- геу где мастерские одной отрасли производства размещались вместе.

Кварталы ремесленников располагались в зависимости от особенностей производства: ткачи и ювелиры — вблизи центральных рынков, кожевники — около воды, кузнецы — неподалеку от городских ворот — дарвазе, «зловонные и дымные» производства — гончарное, шелкомотальное, кожевенное и кузнечное — на окраинах города, а нередко и за его стенами. Показателен развитой ремесленный квартал Байлакана, который находился вне пояса стен города, неподалеку от крепостного рва. Этот ров, соединенный с оросительной системой канала Гяур-арх снабжал нуждавшиеся в обилии воды гончарное, кузнечное и другие производства.

Сопоставление городов Переднего Востока, в том числе и Азербайджана, с городами Западной Европы, позволяет обнаружить немало черт сходства и одновременно различия в их планировочной структуре и архитектурном облике. Подчинение торговли и ремесленного производства феодальной знати препятствовали на Востоке возникновению городских самоуправлений с соответствующими институтами и учреждениями. Цеховые организации ремесленников и объединения купечества также не занимали в социально-экономической жизни того места, какое они имели во многих городах Западной Европы. В городах феодального Востока не было принадлежавших городским самоуправлениям, корпорациям ремесленников и купечества таких монументальных сооружений, которые в Западной Европе играли значительную роль в формировании художественного облика города.

Нет данных, которые конкретизировали бы общие представления об архитектуре общественных центров городов Азербайджана того времени. Очевидно лишь, что они возникали вблизи от дворцовых и культовых сооружений, а также у крупных рынков. Одним из древних центров Баку был район Девичьей башни. В силу своего местоположения на прибрежном стыке важных магистралей этот район сохранял свое значение и впоследствии.

Некоторое впечатление об одном из былых центров Нахичевани дают зарисовки, фото и описания, относящиеся к концу XIX в. Единством архитектурного замысла были связаны построенные Аджеми ибн Абубекром мавзолей Момине-хатун и фланкированный минаретами большой стрельчатый портал, который вел в обширный ансамбль культовых сооружений. В нем доминировала большая джума-мечеть, возможно, также построенная Аджеми, и входило упоминаемое письменными источниками медресе.

Новый этап развития городов Азербайджана наступил в конце XIII в. Многие города утратили свое былое значение после монгольского нашествия (Ганджа, Шамхор, Барда, Шемаха), а часть из них так и не была восстановлена (Байлакан, Пилясу- вар, Берзенд). Особенно это характерно для северных областей страны, где велись постоянные войны между хулагуидами и золотоордынскими ханами. Караванные пути вследствие этого переместились на юг, спо-

собствуя стремительному росту одних (Тебриз, Марата), сохранению былого значения других (Нахичевань) и возникновению новых (Султание) городов.

Централизация и укрепление государственной власти в конце XIII—XIV вв. способствовали расширению и оживлению торговых связей, что сказалось на характере развития городов. Их территория значительно расширялась в результате строительства новых крупных районов и возникновения крупных архитектурных комплексов, связанных между собой, видимо, не только функциональным назначением, но и художественным замыслом. В этом отношении показателен Тебриз, строительство и отдельные примечательные сооружения которого обстоятельно описаны современниками. Протяженность его крепостных стен возросла с 6 до 25 тыс. шагов (Казвини), охватив новые ремесленно-торговые предместья. Показательны попытки упорядочения бурного строительства города. Рассказывая о сооружении за счет государства крепостных стен, Рашид-ад-Дин отмечает также стремление упорядочить строительство города в целом. Сюда относятся и первоочередность работ по водоснабжению но- востроившихся районов, и особенности размещения караван-сараев, и требования к соблюдению санитарно-гигиенических условий, предотвращавших распространение эпидемий — бича средневековых городов.

Современники повествуют об одновременно застраивавшихся больших районах. Комплексность их застройки, одинаково характерная для кварталов в Тебризе (Руб- и Рашиди) и Султание (Рашидийе) и так называемой Золотой ставки (Урду- и зарин), в местности Баг-Уджан подтверждает предположение о предварительном составлении общих градостроительных соображений, которыми руководствовались в процессе строительства. На целостность архитектурного замысла тебризского «абваб-ал- бирр» указывает не только подробный перечень его сооружений (Рашид-ад-Дин), но и воспроизведение на миниатюре XIV в.

Условия возникновения и особенности развития определяли индивидуальность городов Азербайджана XIV в. Однако в них, как правило, преобладала кольцевая система. Ранее сложившийся архитектурный центр продолжал обрастать ремесленноторговыми предместьями, в свою очередь обнесенными крепостными стенами. В художественном облике городов все большую роль играли огромные по тому времени архитектурные объемы культовых и торговых сооружений. Полихромная изразцовая облицовка их покрытий и фасадов резко изменила былую монохромную расцветку городов. Сравнительно высок был уровень благоустройства, связанного с разветвленными сетями открытых каналов — арыков, и подземных водоводов — кягризов.

Развитию городов способствовал экономический и политический подъем Ширвана. В XV в. Баку превратился в важнейший порт на Каспии. Ширваншахи перенесли в него свою резиденцию из Шемахи. Планировочную структуру, архитектурный облик и состояние благоустройства города довольно полно определяют описания современников, а также фиксирующие Ичери-шехер, или Крепость, планы, снятые в конце XVIII — начале XIX в. Систему его оборонительных сооружений, возникновение которой относится к XII в., характеризует сохранившаяся часть внутреннего обвода крепостных стен. Концы стен уходили в глубь моря, образуя удобную гавань, напоминавшую описанную арабскими географами Дербентскую гавань.

Планировочная структура города, представлявшая собой обрамленный крепостными стенами запутанный лабиринт узких улочек, проулков, тупиков и возникших около крупных общественных сооружений небольших площадей — «карманов», впоследствии серьезных изменений не претерпела. О капитально построенной, разветвленной сети водоснабжения Крепости свидетельствуют обнаруживаемые остатки кягризов, снабженные отстойниками и смотровыми колодцами.

Архитектурно-композиционным центром Баку служил дворцовый ансамбль Шир- ваншахов, который определял застройку тяготевшего к нему обширного района, преимущественно заселенного придворной челядью. Другим центром города по-прежнему был район Девичьей башни, где соединялись магистрали, которые вели к нему от шемахинских и сальянских ворот. Здесь группировались сооружения, обычные для центра переднеазиатского феодального города. Сохранились караван-сараи, обрамленная стрельчатой аркой рыночная площадь, баня и находившаяся неподалеку джума-мечеть. *

Описание «очень шумного и торгового» Тебриза у Клавихо пополняют сведения других современников о развитии города, некоторых особенностях его застройки и благоустройства. Стены XIV в. уже не вмещали разросшееся население. В городе было 200 тыс. домов. Перечисляемые или описываемые современниками здания: дворец государственных учреждений — довлет- хане, медресе Насрийе и Максудийе, крытый рынок Кайсерийе, огромный архитектурный ансамбль Хашт-Бехишт, включавший кроме дворца мечеть, библиотеку, гарем; госпиталь, плац для конских состязаний и парк, свидетельствуют не только о размахе строительства, но и о том, что оно велось комплексно.

Высокий уровень развития строительного искусства в Азербайджане подтверждают сохранившиеся сооружения. Азербайджанские зодчие и строители были известны далеко от родных мест. Шереф-ад-Дин ал- Иезди упоминает «каменосечцев» из Азербайджана, участвовавших в строительстве мечети Биби-ханым в Самарканде. Имена мастеров-мозаичистов, выходцев из азербайджанских городов, сохранились на со оружениях Герата, Мешхеда, Каира, Шах- рисябза, Багдада.

Естественные строительные материалы определили преобладание в северных областях страны техники каменного строительства, а в южных — из кирпича. Строевого леса было сравнительно мало. Как правило, строители обходились легкими подмостями, а деревянные конструкции применяли крайне редко.

В каменной кладке широко использовались два метода. В одном случае из грубо обработанного камня выводился строительный массив, облицовывавшийся чисто тесаными, тщательно пригнанными каменными плитами. В другом — стены возводились из крупных облицованных плит, пространство между которыми заполнялось своего рода бутобетоном. Связь облицовки со строительным массивом обеспечивали глубоко запущенные тычковые камни (замок в сел. Мардакян). В редких случаях большие облицовочные блоки соединялись металлическими скобами («Баиловские камни»). В ряде районов широко применялась кирпично-каменная кладка; среди различных ее видов выделялась живописностью ганджинская, с выделенными своеобразным кирпичным футляром крупными грубооколотыми булыжными камнями.

Условия строительства определили многообразие применявшихся растворов, которые делятся на жесткие известковые и значительно более пластичные гяжевые, использовавшиеся преимущественно в районах высокой сейсмичности. Процесс схватывания и водоупорные свойства гяжевых растворов регулировались соответствующими добавками — песком, золой, толченым древесным углем. Широко использовались керамические изделия, от разномерных элементов подземных водоводов и замурованных в кладку куполов кувшинов, которые облегчали вес покрытий, а подчас служили „голосниками", до многообразных элементов архитектурного убранства.

В культовом, мемориальном, дворцовом, оборонительном и гражданском строительстве применялись своды и купола, обычно сооружавшиеся методом кольцевой кладки без кружал, хотя кружала, видимо, тоже встречались. Характерна продуманность двойного покрытия башенных мавзолеев, где сочетанием наружного пирамидального шатра с внутренним стрельчатым куполом зодчие решали ряд инженерных и художественных задач. Пазуха между оболочками уменьшала собственный вес покрытия, сокращались силы горизонтального распора, снижался центр тяжести сооружения, определялась одновременно выразительность силуэта здания, устанавливались пропорции его интерьера и повышалась устойчивость.

Конструкция перекрытия склепов мавзолеев Гунбад-е Сурх и Момине-хатун — центральный опорный столб, связанный системой нервюр со стыками граней камеры — принципиально сходна с конструкциями западноевропейских готических зданий и одностолпных палат русского зодчества, что свидетельствует об известной общности направления архитектурно-инженерной мысли строителей Востока и Запада. Также показателен своими конструкциями мавзолей Олджейту в Султанин. Его минареты выполняют роль пинаклей на контрфорсах готических соборов, а эллиптическая форма и связанная элеронами двухслойная оболочка купола по существу на сто лет предвосхитили архитектурный замысел и инженерное решение купола флорентийского собора, прославившего Брунеллеско.

В каменном строительстве облицовка неотделима от массива сооружения. В кирпичных же зданиях разрыв между строительным ядром и его облицовочным панцирем прослеживается достаточно отчетливо: в X—XI вв. — это кладка из обожженного кирпича, защищавшая сырцовый массив крепостных стен Байлакана; в XII в. — это специально заготовлявшиеся облицовочные блоки нахичеванских мавзолеев; в XIV—XV вв. — это узорчатая «рубашка» из облицовочного кирпича, полностью покрывавшая фасады монументальных сооружений. Однако строительство XIV—XV вв. в сравнении со строительством XII — началом XIII вв. характеризуется не только широким внедрением нового материала— многоцветного облицовочного кирпича, но и значительным увеличением масштаба культовых и общественных сооружений. Характер и объем строительства в южных городах обусловили возникновение новых задач в области конструктивных решений и архитектурной выразительности. Размах строительства, значительная часть которого велась на средства казны, вызвал попытки упорядочения проектно-сметной

документации и установления государственного контроля над его качеством путем создания института инспекторов.

Архитектурная практика определила создание покрытий для помещений большой вместимости, дальнейшую дифференциацию строительного процесса, связанную с выделением отделочных работ из чисто строительных. Расширившееся применение изразцовых облицовок обусловило дальнейшее развитие керамического убранства и методики изготовления его элементов. Сопоставление памятников позволяет также установить последовательность овладения строительными материалами, расширение представлений об их технических и художественных возможностях, проследить про^ цесс совершенствования архитектурных форм и конструкций. Позднее же декоративность начинает преобладать над конструктивной стороной.

Интересны особенности распространения некоторых архитектурных форм и строительных приемов. Сравнительно редко применялись отдельно стоящие опоры. Отметим продуманность структуры и тщательность изготовления каменных и кирпичных сталактитов. Интересен привнесенный из Средней Азии прием «гофрирования» поверхности, применявшийся азербайджанскими зодчими не только в стране (Карабаглар, Ардебиль), но и в других городах Переднего Востока (Кония, Багдад).