Для объяснения сравним Петербург с Москвой той же эпохи

1

Для объяснения сравним Петербург с Москвой той же эпохи.

Итак, традиционная московская полихромия гораздо активнее петербургской, что соответствует более сложному, живописному плану Москвы. Эта полихромия — порождение русской цветовой культуры — видимо, способна существовать только в атмосфере истинно русского города с его непредсказуемым структурно-пластическим строением. Полихромия Петербурга, как проявление той же русской культуры, выглядит более сдержанной по палитре и более организованной, что с очевидностью подтверждает влияние на нее городского плана. Но его относительная в сравнении с Москвой регулярность была не в состоянии устранить мощное влияние этой культуры, которая лишь трансформировалась в городской среде, сохранив свои особенности. В Париже не существовало такого процесса, город был изначально монохромен.

Попытаемся показать обратную связь между полихромией города и его структурой. Так, Мадрид, имевший тенденцию к монохромии в период франкизма, постепенно приобретал в это время регулярную планировочную структуру. Напротив, Лондон, стремящийся к развитой полихромии, утрачивает былую структурную сдержанность и приобретает более оживленный облик. «Поскольку каждый хозяин красит свой фасад и наличники как ему вздумается, уличная застройка (Лондона — А. Е.) подчас напоминает глухой забор из вертикально сбитых разноцветных досок». Доказательство этой обратной связи является еще одной задачей теоретической колористики.

Предположение М. Альбера-Ванеля о том, что именно противоречие между планом города и современной полихромией говорит о динамике развития визуальной среды, вполне согласуется с нашей гипотезой о некотором несовпадении полихромии и структуры города, позволяющем цвету полноправно заявить о себе как об истинно композиционном средстве градостроительной формы.