Интересные усадьбы

84

В.Н. Татищев с самых юных лет считал важнейшим делом честное служение Отечеству, поэтому все свои силы, время, знания считал обязанным использовать именно для решения государственных дел. Получилось, что личные, семейные дела у него оказались на дальнем плане. Он почти не уделял внимания своей семье (что осуждается Православием) из-за чрезмерной деловой занятости. Жену, дочь и сына он обделил своим вниманием потому, что пытался максимально результативно служить России. За счет своих знаний и активной позиции в жизни Татищев смог сделать очень многое в государственном масштабе, но он обрек себя на неудачную семейную жизнь, одинокую старость, забвение его дел детьми и их равнодушие к его трудам, рукописям, архивам (которые в ощутимой мере пропали). Все это усугубило дискомфорт его жизни, особенно в преклонном возрасте, после многих лет честного служения Отечеству в условиях жесткого противоборства с его недругами, завистниками, а также слишком частыми недооценками, непониманием его предложений со стороны начальства и первых лиц в государстве.

Служить Отечеству при недалеких правителях и толпе льстецов, дельцов для В.Н. Татищева было делом не простым. Грамотному, образованному Татищеву очень многие завидовали в профессиональном плане. Ковкие жулики под прикрытием влиятельных вельмож и чиновников клеветали на Татищева, лтиали ему работать, ненавидели его за честность и неподкупность, постоянно на него жаловались начальству, многие его дельные предложения беспричинно отклонялись или даже порицались, его инициативные служебные записки где-то пропадали, терялись в других деловых булипах. Трезво мыслившие соотечественники и иностранцы считали главной причиной травли Татищева именно зависть к его способностям, знаниям, интеллекту.

Татищев во блилаго России трудился на Урале в 1720— 1737 гг. В 34 года Татищева командировали в Сибирскую губернию, нужно было на Урале и в Зауралье искать места для добычи руд и строительства горных заводов. Три года он трудился там во имя улучшения горного дела, устраивал при казенных завод ах училища и школы, вступил в борьбу с частными заводчиками (Н. Амидов и др.) во имя отстаивания интересов государства, по сути, стал основателем Екатеринбурга (первоначально Екатеринск)у который со временем стали называть «столица Урала». Тем не менее при царском дворе поверили клеветническому письму Демидова о тому что Татищев на Урале пренебрегает государственными интересамиу разваливает казенные заводы. В 36 лет Татищеву пришлось отвечать под присягой. Далеко не сразу узнали, что отчеты и донесения Татищева в Петербург перехватывали и чуть ли не воровали агенты Демидова (который благодаря своим богатствам смог «оправдаться»). А Татищев — горный начальник в Сибири — хотя и был признан невиновныМу в должной мере не получил государственных благодарностей и наград за свой честный и тяжелый труд на Урале и в Сибири. Не прислушались тогда к предложениям Татищева составить карты всей территории России, чтобы грамотно провести разме- жеваниеу не поддержали его требование повсеместно прокладывать и улучшать дороги, создать водный путь от Урала до Архангельска через озеро Кельтму, построить канал, соединяющий Белое море с реками Каспийского бассейна, передать рудники и заводы на Урале честным и проверенным со стороны государства компаниям, проложить хорошую дорогу по суше из европейской части России в Сибирь. При Петре I, затем Екатерине I эти предложения Татищева не нашли должной поддержки.

38-летнего Татищева щрь Петр I командировал в Швецию (1724) для изучения горного дела, экономики, монетного производства и приглашения ученых в создаваемую тогда Петербургскую Академию наук. Но в январе 1725 г. Петр І умер. Тут же Татищеву (доверенному лицу русского императора) перестали посылать в Швецию жалованье, полностью прекратили финансирование дел, которые он там вел, образовались долги. Только в апреле 1726 г., благодаря хлопотам его друзей в России, деньги на оплату долгов по делам государственной казны и на дорогу в Россию он получил. Екатерина I подписала указ о направлении Татищева на Московский монетный двор (в Москве их тогда было три) для совершенствования отливки монет. Татищев обеспечил повышение качества чеканки монет, предложил вместо людей и лошадей в производстве денег использовать машины, приводимые в движение водой (на р. Яузе по проекту Татищева построили плотину; ускорился выпуск монет и уменьшились расходы на производство монет путем использования водяных машин).

В 1727 г. Екатерина I умерла, императором стал юный Петр II. Татищев в своих служебных записках того времени сделал новые дельные предложения. В одной из них он предложил меры по прекращению инфляции, научно обосновал необходимость в поощрении предпринимательства и внешней торговли, упорядочения денежной системы. По сути, он обосновал финансовую реформу, плоды которой уже в 1730 г. стали ощутимыми.

В 1730 г. Петр II внезапно умер, императрицей стала Анна Иоанновна. Ее фаворит ИЗ. Бирон и немцы стали использовать богатства России в своих интересах. Татищев обосновал свои новые предложения, в том числе необходимость создания русской «Академии ремесел» (архитектуры, живописи, скульптуры, механики), все они были отвергнуты (кроме исправления денежной системы). Самым грамотным человеком в монетном деле тогда был, несомненно, 45-летний Татищев. Но императрица поставила в 1731 г. во главе монетного дела России не его, а 26-летнего неопытного в этом деле Михаила Головкина (1705— 1775), женившегося на ее двоюродной сестре. К тому времени Татищева успели оклеветать, отстранили от службы, предали суду, разбирательство тянулось три года. К 48 годам его не только оправдали, но и признали его заслуги, назначили Главным начальником горных заводов Сибири. Сам Татищев понимал, что он нужнее в Петербурге, но от него его завистники и враги хотят отделаться, поэтому его и отправили в Сибирь.

Татищев занялся составлением Торного устава, в своем социальном местном законодательстве запретил использование детского труда, смог ограничить вред от кабаков (разрешил продавать водку в праздники и нерабочие дни с обеда до вечера), результативно боролся за сохранение заводов за казной, сделал более строгим контроль за работой заводов Демидова и Строгановых (которые люто ненавидели его и все-таки добились путем взяток в 1736 г. вывода их заводов из подчинения Татищеву). Татищев способствовал строительству на Урале новых заводов и технической реконструкции имевшихся. Исключительно важным событием стало открытие в 1735 г. (Татищеву 49 лет) богатейшего месторождения железной руды на горе Благодать. В Екатерининске (Екатеринбурге) были построены каменные дома, разросся посад, местное купечество получило самоуправление. Еще в 1721г. были открыты Татищевым первые училища и школы, в которых учились и неимущие, в том числе и сироты, число школ при казенных заводах при Татищеве увеличивалось. В 1736 г. 50-летний Татищев написал «Учреждение, коим порядком учители русских школ имеют поступать» —первое в России практическое пособие по педагогике. В этих школах было начальное образование и освоение специальности, кеньги на создание таких школ правительство не давало, Татищев их находил в заводской казне. С 49 лет Татищев создавал Торную библиотеку , за два года для нее он купил много книг, в том числе за свой счет более 1000 книг. В 1737 г. 51-летнего Татищева отозвали с Урала. На его место прислали ставленника Бирона — Шемберга, ничего не понимавшего в горном деле России, но умевшего вместе с Бироном грамотно воровать, что фактически привело уральские заводы к разорению. Бирон считал Татищева «главным злодеем немцев», он смог все беды уральских заводов свалить именно на него. Татищева отдали под суд за «неправильно израсходованные деньги», все его нововведения на Урале были отменены (в том числе были закрыты созданные им школы, осталось только Екатеринбургское горное училище, работавшее до конца XIX в.).

Татищев всегда результативно служил России, благодаря его трудам доходы уральских заводов стабильно росли. Желавших хорошо пожить, увеличить свои богатства за счет налаженного Татищевым производства было немало. Татищева ловко перемещали на новое место, даже повышали. Его произвели в тайные советники, пожаловали чин генерал-поручика, в 1737 г. (ему 51 год) назначили главой Оренбургской экспедиции. Татищев построил г. Оренбург в удобном месте (а не там, где его собирались возвести первоначально).

Учитывая боевой опыт и дипломатические способности Татищева, правительство поручило ему усмирить восставших башкир, требовавших для себя особых прав. Татищеву удалось найти общий язык с башкирами, которым он доказал необходимость равноправия для всех народов, заселявших Россию, и установления дружественных доверительных отношений между ними. Он не практиковал политику репрессий и казней, действовал гуманными методами, что почему-то осудили в Петербурге, как и то, что Татищев изучил и владел тюркским и угро-финским языками. Позднее в Самаре при поддержке Татищева был издан «Российско — калмыцкий словарь» и создана первая татаро-калмыцкая школа.

52-летний Татищев составил ряд карт самарской излучины Волги, реки Яика (Урал), нескольких пограничных районов, — он также работал над своим научно-практическим трудом «Общее географическое описание Сибири», готовил к публикации открытый им «Судебник Ивана Грозного» (1550). К своим 53 годам он подготовил к публикации часть написанной им «Истории Российской». (Но его работы никто не печатал.) Кроме того, ему удалось отбить претензии Бирона и Шемберга на очень богатую рудами гору Благодать, когда они через подставного заводчика Осокина хотели ее присвоить’, эта история еще более обозлила ненавидевшего Татищева Бирона. Кампания травли Татищева еще более усилилась. 53-летнего Татищева отстранили под давлением Бирона от всех должностей, лишили всех званий, посадили под домашний арест, начали следствие для выяснения результатов его деятельности. Это расследование вели более двух лет. Татищев, уже дважды оклеветанный, смог и на этот раз доказать свою невиновность, правда, это далось ему гиеной колоссального нервного напряжения, он был на грани нервного срыва.