ОСОБЕННОСТИ СРЕДНЕВЕКОВОЙ ЗАСТРОЙКИ ЦЕНТРА КAMЕНЦА-ПОДОЛЬСКОГО

22

Каменец-Подольский относится к числу городов, возраст которых точно не определен. Его древняя часть, расположенная на овальном скалистом плато, почти полностью окруженном глубоким каньоном реки Смотрич и соединенном с противоположным берегом узким перешейком, с незапамятных времен служила человеку естественной крепостью. Археологический материал территории города и его окрестностей свидетельствует о постоянной их заселенности уже с IV тысячелетия до н.э.
Как дореволюционными, так и советскими исследователями вопрос о происхождении Каменца не решался однозначно. Основание города связывали с колонизаторскими походами римлян на Дакию в I—II вв. н.э., древнерусским периодом XII—XIII вв. и даже с приходом в XIV в. литовцев на Подолию. Исследования последних лет, выявившие в замке у перешейка значительный ареал древнерусского культурного слоя и фрагменты укреплений XII—XIII вв., а также остатки деревоглинобитных построек того же периода на территории Старого города, окончательно утвердили факт существования Каменца в домонгольскую эпоху, поставив тем самым ряд новых вопросов относительно генезиса его древней планировочной структуры, но не сняв проблемы начальной истории.

Неправильная форма плана древней части Каменца-Подольского и расположение древних въездов обусловили свободный характер уличной сети и местоположение площадей: в южной части, на продолжении оси перешейка сформировался вытянутый прямоугольный Армянский рынок, на северной оконечности полуострова — треугольный Русский рынок. Обращает на себя внимание регулярная центральная часть города, жестко вписавшаяся в живописную сеть улиц. Она образована почти квадратным Польским рынком (ныне Центральная площадь) и прилегающими к нему прямоугольными кварталами, разбитыми на узкие участки. Время сложения планировочной структуры рынка не известно. Т. Толвиньский считает одновременное появление польской и армянской площадей следствием многовекового опыта западных и польских городов 8. По мнению Ю. Нельговского, Польский рынок, как и Армянский, первоначально имел веретенообразную форму, трансформировавшись в дальнейшем в квадратную площадь, разбитую на участки в XIV — XV вв. и сохранившую застройку периода XVI— XVII вв. Наиболее ранние сведения о площади крайне скупы и малочисленны и несодержат датирующих данных. В этом отношении значительный интерес для изучения застройки рынка представляют натурные исследования остатков двух домов по северной его стороне, проводившиеся в 1980—1981 гг. в процессе реставрационных работ. Они показали, что каждое из сооружений сформировалось в результате объединения двух небольших каменных домов конца XIV — начала XV в. Их строительству и разбивке участков предшествовали два этапа: послемонгольский, представленный фрагментами стен каменных сооружений XIII— начала XIV в., и домонгольский, к которому относятся остатки сгоревших деревоглинобитных построек XII—XIII вв. На основании этих данных, а также дополнительных натурных исследований и архивных материалов появилась возможность в новом аспекте рассмотреть особенности и эволюцию планировки и застройки Польского рынка, что стало основной задачей настоящей работы.
Анализ топографических и ландкартных исторических планов Каменца, а также сопоставление их с описанием застройки города 1700 г. и сводными планами площади предвоенного и военного (1941—1945 гг.) периодов позволяют утверждать, что на рубеже XVII—XVIII вв. Польский рынок размещался примерно в тех же красных линиях, что и перед второй мировой войной и имел в восточном и западном кварталах по 15 участков (считая внутриквартальные улицы), а в северном и южном — по 14. Ширина большинства из них составляла от 9,3 до 11,6 м (16— 20 локтей при размере локтя 57,9 см), глубина колебалась от 50 до 58 м. Северный, восточный и южный кварталы имели прямоугольную форму, западный отличался неправильной конфигурацией, нечеткой красной линией, разновеликой разбивкой участков. Этот квартал как по планировке, так и по характеру застройки представляется более поздним. Ряд деталей в описи 1700 г. подтверждает наше предположение.
В частности, описания участков № 14 и 15, находящихся за пределами южного квартала, и дома № 26, стоящего поперек Татарской улицы, убеждают нас в том, что первоначально южная и северная стороны площади были длиннее в западном направлении, и что к 1700 г. в планировке рынка еще прослеживались следы более ранней структуры — не квадратной, а прямоугольной.
Положение улицы, проходящей между участками № 19 и 20 западного квартала (изображенной на плане 1753 г. и гравюре Томашевича) и ориентированной на башню ратуши, позволяет связывать ее с древним и, возможно, главным въездом на площадь, который традиционно сохранялся и в более позднее время. Наиболее значительные изменения коснулись внутрирыночного квартала: в 1700 г. он состоял из 18 участков (меньших по глубине, чем периметральные), а с 1773 по 1930-е гг. — из 26. Ориентируясь по изображению на гравюре Томашевича ратуши, показанной в центре квартала, можно предположить, что его древняя южная граница соответствовала довоенной, северная же, очевидно, проходила в месте улицы, разделявшей довоенный квартал по оси запад — восток.
Изображение рыночной застройки на гравюре Томашевича позволяет говорить о существовании в этот период нескольких типов домов, отличавшихся этажностью, решением фасадов и характером завершений. Преобладающими на рынке были невысокие дома со скатными крышами, в большинстве своем имевшие перед торцевым фасадом открытые арочные галереи (так называемые подсенья, которые устраивались обычно на приподнятой над тротуарной частью площадке-предпорожьи — и перекрывались навесом на опорах или консолях). Восточная сторона рынка,изображенная на гравюре в ортогонали, показана в виде ряда таких домов. Можно предполагать, что дома со скатными крышами на северной и южной сторонах площади также имели подобные галереи. К другому типу относятся высокие, до трех этажей, дома с аттиками, показанные в застройке южного и центрального кварталов. Относительно наличия в них галерей можно сомневаться, так как в аналогичных сооружениях Армянского рынка на фасадах изображены лишь проемы. Не исключено, однако, что галереи в этих домах все же существовали и были устроены заподлицо с фасадами, как в рынках Замостья, Грыфова Шленского (Польша), Чешских Будейовиц, Домажлиц, Ичина, Литомышля (Чехословакия) и других городов. Один из таких домов, сохранивший галерею с аркадой, находился до 1944 г. во внутрирыночном квартале, южнее ратуши. На гравюре Томашевича изображение его отсутствует. Судя по тому, что подвалы ратуши частично заходят под участок, на котором располагался этот дом, можно допустить, что он появился уже после 1700 г. и принадлежал к более позднему типу домов с галереями, получившему распространение на переломе поздней готики и ренессанса (конец XV—середина XVI в.).
К третьему типу можно отнести дом на восточной стороне площади, показанный на гравюре со скатной крышей и без галереи. Очевидно, подобные дома существовали и на других сторонах рынка.
Архитектурные отличия в облике сооружений на гравюре связывались предыдущими исследованиями с различными названиями домов по описи 1700 г., призванными, по мнению Ю. Нельговского, оттенить разницу в их общей структуре. Это означает, в свою очередь, что застройка рынка должна была представлять своеобразную комбинацию типов — камениц, каменичек, домов и т. п. Однако сопоставление планов и состава помещений по описи 1700 г. в сооружениях, относящихся к различным терминологическим группам, не обнаружило сколь либо существенных различий в их типологии и структуре. Большинство из них являются трех-четырехтрактовыми и одно-двухрядными, состоящими из передней и тыльной частей.
При такой структуре фасадные стены первых этажей устанавливались на разгрузочные арки, устроенные поверх сводов подвалов. Единичные случаи появления поперечных стен в подвалах связаны, вероятнее всего, с позднейшей надстройкой верхних этажей. В период 1700 г. застройка имела еще в среднем полтора этажа, учитывая высоту предпорожий. В свою очередь высокие крыши позволяли устраивать мансардные помещения — верхние избы по описи. Таким образом, одно-двухрядные и трех-четырехтрактовыедома стали завершающим этапом в развитии средневекового жилища рынка.
Прослеженная на протяжении XIII— XVIII вв. эволюция каменных домов происходила одновременно с трансформацией планировки рынка, который, как указывалось выше, еще сохранял к 1700 г. следы более ранней прямоугольной структуры. Хронологически она тяготеет к периоду разбивки участков и возникновению регулярной застройки. Это позволяет говорить о существовании на рубеже XIV—XV вв. четко распланированного центра города и рассматривать грамоту литовских князей Кориатовичей 1374 г. как документ, представляющий уже существовавшему Каменцу права и земли. Упоминаемые в грамоте городские сословия и различные сооружения свидетельствуют о том, что речь идет о значительном городе, имевшем все атрибуты военного и гражданского управления. Представительство первого размещалось в замке, средоточеиием городской власти была, очевидно, ратуша, находившаяся на площади. Эта прямоугольная площадь рубежа XIV—XV вв., по нашему представлению имела размеры 177X249 м. Не располагая пока данными об особенностях метрологии средневековой Подолии, которая, по свидетельству Й. Антони, до 1750 г. была местной и существенно отличалась от принятой в Польше, ограничимся пока предварительным анализом, который выявляет с нашей точки зрения определенные закономерности. Так, стороны прямоугольника площади ДБ и BE, равные 249 м, а Б В и ДЕ—177 м, кратны древнерусским мерам — великой косой (249, 46 см) и мерной маховой (176,4 см) саженям, находясь между собой в соотношении 177 : 249 =1 : 1/ 2. Следует ли из этого, что появление прямоугольной площади непосредственно связано с остатками каменных домов древнерусского (домонгольского) периода конца XIII—начала XIV в., или же она сформировалась на этапе разбивки участков на рубеже XIV—XV вв., определить пока затруднительно. Однако любопытно, что одна из сторон прямоугольника ДБВЕ (ДБ = 249 м) одновременно является стороной квадрата ДБИЖ, ограничивающего другую площадь, на которую ориентированы Доминиканский, Францисканский и Петропавловский костелы и церковь Екатерины, занявшие, очевидно, традиционные места более древних храмов, и по отношению к которой здание ратуши и ведущая к нему улица занимают, осевое положение. Анализ квадратной площади ДБИЖ со стороной в 100 великих косых саженей и четырьмя храмами, расположенными на окружности с центром, попадающим на башню ратуши, ставит ряд новых вопросов. Несомненно, однако, что она является более древней по отношению к площади ДБВЕ и могла сформироваться не позднее конца XIII в., а вернее даже в конце XII—начале XIII в. Именно к этому периоду относится археологический материал, датирующий остатки трех деревоглипобитных построек в границах домов № 37 и 38. Они располагались с той же ориентацией, что и каменные дома XIV в., образуя аналогично последним два параллельных ряда, соответствующие первому и третьему трактам домов XVII в.30. Недостаток данных не дает нам права утверждать, что домонгольские жилища образовывали такую же регулярную планировочную систему, что и позднейшие каменные сооружения. Между тем форма площади ДБИЖ свидетельствует о наличии определенной регулярности в застройке центра периода XII—XIII вв.
Рубеж XII—XIII вв. характеризуется появлением в Западной Европе большого числа городов, основанных на регулярной схеме плана и, как правило, имеющих прямоугольную или квадратную площадь. Мы не видим, однако, сколько-нибудь четких следов регулярной разбивки за пределами центра Каменца. Центральная часть являет собой структуру в определенном смысле обособленную в городском организме, ибо, с одной стороны, она не претерпела никаких воздействий свободной планировки периферийных кварталов, а с другой, не оказала на нее никакого влияния.
Что же обусловило столь принципиальную по форме планировку древнего центра Каменца-Подольского и к какому периоду можно отнести ее появление. Пока может быть дан лишь гипотетический ответ. Отождествление некоторыми историками Каменца с дакийскими городами Клепидавой, Петридавой и Метониумом, на наш взгляд, не лишено оснований. Местоположение Клепидавы на древних картах и приведенные у Птоломея ее координаты действительно совпадают с Каменцем-Подольским, в то время как границы Дакии перед завоеванием римлян проходила по среднему течению Днестра, в 15 км от Каменца. И хотя ареал распространения дакийского народа на восток в первые века нашей эры еще недостаточно исследован, сходство некоторых культур (в частности, липецкой) с дакийским этно-культурным массивом позволяет предположить, что территория Верхнего и Среднего Поднестровья на одном из этапов могла быт заселена дакийскими племенами, подвергшимися, как и вся Дакия, колонизации римлян. Многочисленные клады римских монет и остатки Траяновых валов (один из отрезков которых проходит в нескольких километрах к югу от Каменца), свидетельствуют о глубоком проникновении колонизации на территорию Подолии. С. Шкурко, основываясь на находках римских монет и предметов на территории Каменца, высказал предположение о существовании здесь во II—III вв. поселения, торговавшего с римлянами, и наличии в нем римского гарнизона, охранявшего передовые укрепления — Траянов вал. Такие поселения, выраставшие на базе военных римских лагерей, были распространены в романизированной Дакии, нередко возникая на квадратной схеме плана лагеря. Центральная часть Каменца-Подольского может быть вписана в почти правильный квадрат 303×305 м (КЛМЖ), ориентированный, аналогично римским лагерям, по странам света. Размеры квадрата характерны для одного из типов лагерей (300Х Х300 м), соответствуя по длине стороны четырем римским центуриям и по площади — 16 гередиумам. Сторона квадрата с некоторым приближением кратна 1000 римским футам; при этом следует заметить, что размер в 100: греческих футов был распространенным строительным модулем в домонгольской Руси. Интересно также, что стороны квадратов ДБИЖ и КЛМЖ находятся в соотношении 303:245= 1/5—1:1, характерном для древнерусской метрологии. Следовательно, можно допустить, что переход от большего квадрата к меньшему был не случаен и происходил с учетом определенных метрических закономерностей.
Таким образом, рубеж XII—XIII вв., на наш взгляд, является не начальной фазой становления регулярной планировки центра Каменца, а этапом дальнейшего ее развития на более ранней основе. Характер этой эволюции должен стать предметом специального исследования. Не меньшей интерес представляет и позднейшая трансформация квадратной площади ДБИЖ в прямоугольную ДБВЕ и, наконец, переход к планировке ЛБВГ. Этот переход произошел, видимо, не сразу, а в два этапа. Сначала западная граница площади ДБВЕ отодвинулась на восток, пройдя по касательной к апсидам церкви Екатерины и Францисканского костела (Д Е ) и обусловив появление здесь в дальнейшем улицы. Этот этап находит выражение в соотношении ДБ : (√5 : :2)=Д Б, где Д/Б = 223 м. Следует отметить, что размеры образовавшейся площади 177Х 223 м с некоторым приближением кратны шнуру XIV в. (43,2 м). Окончательный размер АБ Польского рынка определяется исходя из предшествующего: Д Б : √2=АБ, где АБ = = 158 м. Соотношение сторон рынка выражается зависимостью 158:177=2: √5. Этот этап стал завершающим в сложной цепи планировочных преобразований центральной части Каменца.
Позволим себе отметить еще один аспект, тесно связанный с вопросом возникновения Каменца-Подольского и его ранней планировочной структуры. Остатки домонгольских сооружений XII—XIII вв. на территории древней части города и в замке, охранявшем въезд через перешеек, свидетельствуют о том, что между городом и замком существовала непосредственная связь. Вместе с тем официальная датировка замкового моста XIV—XVII вв. не согласуется с этим фактом, как и мощная многопролетная его конструкция мало соответствует данным о возможностях мостостроения Литвы и Польши, в состав которых входил в этот период Каменец. Мы не знаем также примеров появления подобных инженерных сооружений в Древней Руси. Лишь два народа, в различной степени причастных к истории города — армяне и римляне, славились строительством мостов. Архитектурно-конструктивные особенности замкового моста позволяют связывать его появление и с теми, и с другими45. Вопрос исследования этого сооружения предоставляется нам чрезвычайно важным для ответа на вопрос об основании города и формировании его планировочной структуры, так как ряд особенностей последней (в частности, положение Армянского рынка и древнего въезда на Польский рынок) наводит на мысль о ее непосредственной связи с дорогой через мост. Небезынтересно также, что три древних въезда в город лежат на одной окружности 2000-футового радиуса с центром, совпадающим с местоположением башни ратуши.
В заключение, пока гипотетически, можно высказать предположение, что генезис планировочной структуры центральной части Старого города Каменца-Подольского, бесспорно связанный с древнерусским периодом, мог иметь и прямую связь с римским лагерем на территории древней Клепидавы, который предопределил необычайную жизнеспособность регулярной планировки, ставшей основой для более поздних градостроительных структур.