Формы планировки городов раннего средневековья

При наличии некоторых общих особенностей формы планировки городов раннего средневековья весьма разнообразны. Еще более многообразны пути сложения феодального города. До последнего времени в литературе господствовала теория концентрации города вокруг усадьбы феодала, рисующая процесс в трех стадиях: 1) образование у стен замка посада, 2) преобразование посада в шахристан и 3) нарастание рядом с шахристаном ремесленного пригорода— рабада. Эта теория объясняет, однако, лишь один из путей формирования города и слишком узка в качестве общего правила. Изыскания последних лет показывают, что в качестве организующего центра мог выступать и «рабат» — военный пост, выполнявший также функции каравансарая и служивший узловым пунктом товарообмена; возможен и вариант использования в средние века оболочки стен античного города и т. д. , и даже не замок правителя; едва ли последний мог довольствоваться в качестве постоянной резиденции помещением столь скромным по сравнению с богатыми жилыми домами шахристана.

Жилая башня выходила северной и западной сторонами во внутреннее укрепление (см. выше) — двор, заполненный жилыми и хозяйственными постройками. Городской жилой дом. Восточные кварталы пянджикентского шахристана с их монументальной застройкой безусловно были заняты жилищами аристократии и придворной знати. ?Помещения зданий III и VI парадны и так богато украшены живописью, что многие исследователи считали первое из них дворцом Диваштича. Однако архитектурный анализ показывает, что это был нормальный тип городского жилища, принадлежавшего господствующему слою населения. Обширный материал для исследования дает здание, вытянутое вдоль восточной стены города более чем на 100 метров. Постройка распадается на ряд секций — жилища отдельных семей. Веским доказательством тому служат: 1) наличие определенного состава проторяющихся в отдельных секциях 2) различие строительного материала. В составе типической жилой секции различаются: 1) собственно жилые комнаты; 2) парадная группа, состоящая из квадратного зала и его преддверия в виде просторного кулуара; 3) группа соединительных помещений, куда можно причислить вестибюль при входе, коридоры, пандусы, дающие выход на верхние этажи и плоскую кровлю; 4) айваны. Хозяйственные помещения, размещавшиеся, вероятно, в дворовых постройках, пока раскопками не выявлены. В здании III можно выделить более шести секций. Основную массу помещений комплекса можно, естественно, счесть за жилые, хотя в качестве таковых они представляются мало характерными. Вытянутые, покрытые в большинстве сводами, они мало отличаются от коридоров, так как отношение сторон превышает в них иногда 1:3. Свет поступал через фрамуги над внешней дверью, через окна, прорезанные высоко в торцовых стенах сводчатых комнат, иногда, вероятно, и через небольшие отверстия в сводах. Дверные проемы, снабженные аркой или деревянной перемычкой, имели полотнища лишь при входе в секцию. Ниши редки, отделка ограничивалась, как правило, глиносаманной штукатуркой. Вдоль стен устраивались невысокие лежанки, по современной местной терминологии — «суфы», а на полу встречаются следы кострищ (или просто угля) — самой примитивной формы обогревания. Площадь жилых помещений колеблется в общем от 9 до 30 с лишним квадратных метров; высота их значительна (до 5 м). В крайней с юга секции высота сводчатых помещений достигала 6 м, но они были разделены балочным перекрытием на два этажа, причем над сводом различается пол 3-го этажа. В массе же помещения располагались, видимо, в два этажа. По восточному фронту здания III пристроен ряд небольших комнат с тонкими стенами, служивших, возможно, для прислуги. Впрочем, представление о жилых помещениях нельзя считать полным, так как они доступны наблюдению почти исключительно в 1-м этаже. Между тем есть основание думать, что характер комнат верхнего этажа был иным; остатки стен рисуют кое-где контуры просторных помещений квадратного плана, которые, очевидно, имели балочное покрытие на деревянных колоннах и были хорошо освещены. Большое число пандусов указывает на значительную роль верхнего этажа. Тут были, конечно, и открытые галереи, да и сами плоские кровли широко использовались жителями для отдыха, сна и хозяйственных надобностей — совершенно так, как мы видим это и теперь в народном типе жилища больших городов Средней Азии и особенно в Бухаре. В связи с большой поверхностью кровель и связанной с этим трудностью устройства стока они иногда вымащивались тонкими гончарными плитами на глине или алебастровом растворе.

gorodizhe_39