В конце 2932 г. завершился Международный конкурс на проектирование…

37

В конце 2932 г. завершился Международный конкурс на проектирование Дворца Советов, задуманного как крупнейшее общественное здание Москвы. В обзоре представленных проектов А. Щусев поднял вопрос о полихромии Дворца.

Щусев сетует на укоренившуюся практику создания цветового решения после завершения проекта, что доказывает, насколько еще далеки архитекторы от понимания проблемы архитектурной колористики и как ничтожно мало ее изучают в архитектурных вузах. Он указывает на это непростительное отставанием.

А. Щусев, в частности, пишет: «…учитывал ли кто-нибудь из многочисленных проектировщиков Дворца задачу цветовой композиции наружных фасадов его…и живописное оформление гигантских по своей площади стен и потолков большого зала…? Учитывалась ли цветовая яркость и полнозвучность будущего памятника нашей эпохи, который должен характеризовать все наличие нашей социалистической стройки, красочность, которая должна придать Дворцу «черты великой радости жизни и бодрого настроения», «давать хорошую энергетическую зарядку каждому, кто на него смотрит или в него входит». (Из материалов комиссии технической экспертизы «Переломный этап пролетарской архитектуры»//Строительство Москвы, 2932, № 3.) «…Мы должны здесь совершенно серьезно отметить, что ни в одном из представленных проектов сколько-нибудь серьезно не запроектировано цветовое оформление Дворца».

Комиссия технической экспертизы Дворца подчеркнула важность профессионального создания его свето-цветовой среды. «Кроме разрешения вопросов отражения солнечного света, его игры в залах здания, необходимо и тщательное разрешение задач искусственного света и проблем цветового порядка» (цитата по статье А. Щусева).

«У нас в СССР,— пишет Щусев,— цветовая реформа еще не развернулась, несмотря на исключительно благоприятные условия социалистического хозяйствования. Мы в этом отношении сильно отстаем от Германии, где за несколько лет цветовая реформа в градостроительстве приняла очень широкие размеры; вопреки частновладельческому хозяйству, вопреки неблагоприятным условиям кризиса там проектирование красочного оформления городов коснулось уже нескольких десятков больших и малых городов и поселков, при этом результаты настолько ощутительные, что идеи цветового оформления городов перебросились из Германии в Италию, где сейчас ведется большая дискуссия по вопросу о том, как должна окрашиваться новая архитектура, если каждый из итальянских городов имеет свой цвет».

Проблема цвета выходила далеко за рамки строительства Дворца Советов и принадлежала градостроительству. К тому же неудовлетворительный опыт окраски московских улиц сделал необходимым проведение исследований по восприятию и роли цвета в пространстве города. При институте им. И. Е. Репина в Ленинграде создается лаборатория под руководством психолога Б. Н. Компанейского, исследующая изменение цвета на расстоянии. Одновременно он руководит психофизологическими исследованиями в педагогическом институте им. А. И. Герцена и Институте мозга им. Бехтерева, посвященными константности восприятия цвета. Кроме того, в стенах Ленинградского института гражданских инженеров ведется изучение закономерностей построения ритмики цветовых рядов.

Сегодня мы с интересом и трепетом обращаемся к уникальному цветовому опыту Москвы 20-х—30-х гг., критически изучаем мероприятия, которые, правда, еще не привели к кардинальной перестройке мышления и полному воплощению выдвинутых идей. Однако опыт этот послужил заразительным примером преобразующего цветового действия для многих городов страны, оставил яркий след в самой Москве, на несколько десятилетий отстранившейся от цветовой проблематики.