Относительно небольшой — лишь одно десятилетие…

2

Относительно небольшой — лишь одно десятилетие — исторический срок существования тоталитарных режимов в европейских странах нанес тем не менее существенный урон наметившемуся в первой трети XX в. оживлению полихромии городов. Ахроматика этого времени поставила барьер на пути расцвета полихромии, для преодоления которого потребовалось не одно послевоенное десятилетие.

Диктатуры Италии и Германии выдвинули идеологическую задачу воздействовать на общество всеми художественными средствами архитектуры, проповедующей фашистские идеи национализма и военного насилия. Велись поиски официальных стилей, способных решить эту задачу. В Италии они привели к созданию неоклассицизма как результата подражания древнеримским образцам, имеющего узкошовинистический оттенок. Форум Италико в Риме (в прошлом — форум Муссолини), здание так называемого Дворца культуры стали воплощением тщеславия фашистского режима, пытавшегося соперничать с императорским Римом.

В Германии, официально запретившей «большевистский» функционализм, выражением социал-националистических идей стал нордический стиль. Его типичным сооружением является мемориал на холме Аннаберг в Шлезвиге. Государственным же стилем фашистской Германии стал упрощенный вариант классического стиля, представляющий собой нарочито вычлененную стоечно-балочную систему, например, здание Главного корпуса Имперской канцелярии или административное здание Олимпийского стадиона в Берлине.

Одна и та же идеологическая платформа породила близкие архитектурно-стилистические версии на базе классицизма. В итальянских традиционно живописных городах улицы нередко превращались в напыщенные форумы. В Германии рабочие поселки, методично создаваемые по всей ее территории, строились из однообразно размещенных малоэтажных домов с двускатными черепичными крышами. Их образно назвали «белыми кубиками или сараями для запасных частей и инструментов, которые посыпали сверху красным перцем». Общий колорит этой мало привлекательной среды оставался бледным и гнетущим.

Постройки «третьего рейха» в Берлине были стандартно одноцветны. Цвет рассматривался лишь как свойство материала, окраска использовалась редко. Полихромия как проявление демократического начала отсутствовала. Шпеер разработал план реконструкции Берлина, который не мог художественно и эмоционально обогатить город кайзеровских времен. Для преодоления однообразия застройки и мрачного землистого колорита города предлагалось усиление внешней репрезентативности на базе нордического стиля, что привело бы к еще большему заполнению пространства города серым камнем и штукатуркой и усугубило бы его хроматическую бедность.

Архитектура Германии середины 30-х годов, облаченная в мрамор и известняк, повлияла на архитектуру соседних стран. Так, в швейцарском хаймат-штиле использовались преимущественно кремовые, светло-серые и белые покраски, исключающие полноцветную палитру.

С 2937 г. в Германии стали опасаться воздушных налетов, думать в связи с этим о защите городов, о световой маскировке. В 2942 г. вышел приказ: «Здания со светлой покраской — ночью во время сбрасывания светящихся бомб или при лунном свете распознаются особенно хорошо… На этом основании по приказу фюрера на время ведения войны существующие и строящиеся здания больше не должны покрываться светлой штукатуркой и окрашиваться светлыми красками…» Лишившись белых и светло-серых оттенков, города стали мрачно серыми. Ахроматика полностью завладела немецкими городами, что вполне соответствовало идеологии, «выравнивающей» мысли населения всей страны.

Волна темно-серой архитектуры захлестнула города Германии и Италии. Она была вызвана не только оборонительной функцией, которая явилась лишь последним требованием, отвергающим использование широкой цветовой палитры. Истинные же причины этого явления заключались в другом. Во-первых, в игнорировании эпигонами классицизма и нордического стиля требований природного окружения: специфики рельефа, светового климата, многоцветия флоры, которые создавали лишь дополнительные трудности для устройства циркульных площадей, для механистической постановки на них элементарных повторяющихся серых объемов. Во-вторых, в абстрактности симметричных построений, априори тяготеющих к единообразной тональной трактовке, исключающей многоцветие. Полихромия могла породить излишнюю визуальную корректировку, создать непредсказуемый эмоциональный эффект, выходящий за рамки нарочитого величия и суровости, предписанных идеологической установкой. В-третьих, в заведомом отрицании гуманистических истоков архитектуры, ее народных традиций, в том числе красочности, цементирующей различные проявления народной культуры.

Архитектура тоталитарных режимов Италии и Германии превратила поселки по всей стране в военизированные поселения, создала в городах официозные здания, резко изменила их облик холодной монохромностью. Художественная ценность городской среды заменялась воплощением нарочито идеологического пафоса. Бесцветное однообразие наглядно выражало метафизическую сущность, антинародность и духовную бесперспективность этой тенденции.