Появление энкаустики красного, синего, желтого, голубого…

1

Появление энкаустики красного, синего, желтого, голубого и зеленого цветов, видимо, было вызвано цветовой символикой, которая не могла выразиться цветовой палитрой мраморов. Переход от инкрустации к окраске говорит об активизации полихромии. Расцветка рельефов была подчеркнуто насыщенной, а плоскости фона — темные, поглощающие тени. Мрамор светлых оттенков служил прекрасным фоном для многоцветных деталей, что создавало необходимые контрасты. Общеизвестно, что Парфенон был ярко полихромен: пентелийский мрамор колонн и архитрава контрастировал с энкаустикой и инкрустацией, позолотой, фоны фронтона и метоп, по-видимому, были красными, триглифы — синими, по горизонтальным плоскостям карниза тянулись ленты цветного орнамента. Открытие красочности древнегреческих храмов, происшедшее более полутора веков назад, еще не вполне осознано, поэтому обратим особое внимание на этот факт, без которого у нас не было бы полноценного представления об одном из великих проявлений мировой архитектуры.

Более ста лет назад в журнале русских архитекторов «Зодчий» доказывалось, что греки не полагались на возможности одной только формы. Они ее дополняли сочетанием цветов. Вряд ли греки могли ошибаться во впечатлении, производимом их творениями… Окрашивая мрамор и грубую кладку, покрытую штукатуркой, греки воздействовали цветом на пропорции сооружения, сознательно стремясь к его определенному художественному воздействию. Если стены и метопы окрашены темным цветом, а колонны, архитрав и карниз — светлым, то роль портика и архитрава ясна и понятна. При окраске же несущих частей темным цветом возникает обратный эффект: колонны становятся высокими и тонкими, карниз с архитравом теряют свое значение. Некорректно оценивать греческие памятники, представленные в «обнаженном» бесцветном виде. Греки не могли игнорировать цвет — могущественную данность самой природы. «Каким образом могло выработаться мнение, что в архитектуре, как и в скульптуре, должна царить одна лишь форма, как будто бы все рельефное должно быть бесцветно? Не от того ли, что древние памятники попали в руки своих комментаторов уже полинялыми, и эти комментаторы приняли их без всякой критики, построили по ним свои законы чисто эмпирическим путем? Толпа рутинеров, получивших название поклонников классики, проповедовала несколько веков, что один лишь голый мрамор, белый. и холодный… может производить высшее впечатление изящного. Как и в архитектуре, так и в ваянии, этим самым они невольно отрицали начала пленявшего их греческого искусства.

В строительстве древнегреческих городов в основном использовались ракушечник и мрамор, крыши покрывались красной черепицей. Активная полихромия еще не завладела городской застройкой.