На перекрестке классики и авангарда

69

Палладио — всегда классик, опора академизма с момента его возникновения. Возможно, поэтому для авангарда 1920-хон первопричина упадка архитектуры. От него вся стилизации и декоративизм.

Потом — волна палладианства, связанная с Жолтовским, и вновь резкое падение или даже исчезновение интереса. Казалось, к его искусству уже нет возврата. И вдруг — опять Палладио и на этот раз на знамени авангардизма.

Цитаты из Палладио чуть ли не в каждом проекте постмодернизма. Но если бы он видел эти цитаты! В сравнению с ними леонардовская Мона Лиза на почтовых марках — репродукция in folio. А может быть, дело не в цитатах?

Взглянуть на Палладио непредвзято намного труднее, чем на любого другого классика. Давят многовековые традиции палладианства — устоявшиеся восторженные оценки и исчерпывающая изученность. Скорее удивляют, чем удовлетворяют, критические замечания в его адрес («декор, лишенный вкуса», автор «npичудливых» произведений с недопустимыми «вольностями»). Мнение противников — неотъемлемая часть портрета мастера. И при всем том, чем больше изучается Палладио, тем больше расхождений в характеристике его стиля. Он и «завершитель ренессанса», и «представитель барокко», и «строгий классик, археологических возродивший античность», и «маньерист», и «зачинатель классицизма»…

Композиционные объяснения Палладио Жолтовским никто не опроверг, и, казалось бы, от них никуда не уйдешь. Но что удивительно, постмодернизм ими не воспользовался. Его симпатии к мастеру — в стороне или даже вразрез с тем, что говорилось раньше.

Палладио действительно многообразен, и противоречивые о нем мнения — лишнее тому подтверждение. Но разве мало многогранных мастеров забыто? А сколько незабытых имен остались для нас лишь верстовыми столбами истории, значительными, но раз и навсегда пройденными?

Долголетие Палладио — тоже проблема. По этому поводу хорошо сказал Д.Аркин: «Никто не оказал такого влияния на потомство, никто не породил такого обилия последователей, никто не был зачинателем такой разветвленной школы, тщательно охранявшей на протяжении веков учение мастера в самых различных странах. В истории архитектуры это явление поистине феноменально».

По-видимому, в произведениях Палладио впервые появилось нечто такое, без чего в дальнейшем уже нельзя было обойтись.

Считается, что Палладио «нашел себя» в Базилике. Но за девять лет до окончания базилики он построил виллу в Лонедо (1540г.). У нее нет прямых прототипов. Особенность ее композиции в том, что стена центрального корпуса неожиданно прерывается и в образовавшемся разрыве на втором плане появляется новая тема, никак с ней не связанная. Горизонтальные тяги и пояса словно обрезаны. И.В.Жолтовский аналогичный прием (неодинаковый карниз на фасаде дома у Смоленской площади) объяснил так; «Тема устала». Говорить об «усталости темы» в вилле Годи нелепо — ее фасад в несколько раз короче дома на Смоленской.

Впечатление неподготовленности новой темы, резкость перехода усиливаются тем, что второй план сдвинут по вертикали. Аркады по краям — опять вертикальный сдвиг и опять другой план. Через 30 лет Палладио рисует ту же виллу в своем трактате и еще больше обостряет первоначальный прием (средняя часть имеет свою кровлю, не зависимую от всего объема).

Нарочито резкое, как будто неподготовленное столкновение тем, далеких друг от друга тектонически и по масштабу, дает особый эффект, сравнимый с кинематографическим монтажом. По теоретическому объяснению С.Эйзенштейна и Л.Кулешова (соавторов этого приема), монтаж рождает нечто новое, чего не было в монтируемых кусках. Именно таково воздействие приема в вилле Годи. На эту особенность композиции историки и исследователи не обратили внимания, хотя от нее идут нити ко всем последующим произведениям Палладио.

Вилла Годи — первый шаг, догадка. В приеме еще есть натяжки, уступки традиции. В Базилике Палладио — мастер, уверенно утверждающий новый принцип компоновки.

«Палладианская система», повторенная в двух ярусах по всему периметру (арка, врезанная в колоннаду),— своеобразная эмблема нового метода. Уже в ней самой заключен принцип тематического монтажа — скрещены тектонически разнородные системы колоннады и аркады. Базилика в Виченце — это манифест, и, как положено в манифесте, лозунговое выражение идеи усилено ее многократным повтором. Сразу после постройки виллы Годи — несколько поездок в Рим. Годы напряженной исследовательской работы, обмеры и реконструкции античных памятников.

По-видимому, смутная идея нового метода существовала и до аналитических студий в Риме. Рим воспринимался уже тенденциозно, под определенным углом зрения.

Локтев В.И. На перекрестке классики и авангарда //Архитектура СССР. М., 1982. — № 10. — С.48-53.