В. И. Гесте

28

В. И. Гесте. Проект плана города Томска. 1824 г. (ЦГИАЛ, ср.. 1293, оп. 166, Акмолинская губ., д. 2, л. 1).

И действительно, на местах планы были одобрены с незначительными замечаниями, а план Томска признан даже превосходным. Та­ким образом, после учета замечаний на местах планы в 1829 году (Омск)26 и 1830 году (Томск) были конфирмованы.

Гесте исполнил проекты планов губернских городов, которые были утверждены: Вятки (1811 год), Саратова (1812 год), Спасска Там­бовской губернии (1812 год), шести поветовых городов Киевской губернии (Радомышль, Сквиры, Тарлицы, Черкассы, Чигирин, Васильков — 1814 год), Смоленска (1815 год), Екатеринослава (1817 год), Онеги Архангельской губер­нии (1817 год), Уфы (1819 год), Пензы (1823 год), Житомира (1824 год) и других городов различных губерний России.

Из пояснений к планам и официальной пере­писки Гесте легко устанавливаются принципы, которыми он руководствовался в своей работе.

Гесте исходил из реальных возможностей и стремился к предельной экономичности в своих решениях. Это определило масштабность всех его планировочных предложений. Пожалуй, единственное отступление от этого требования было им допущено при составлении нового плана Москвы после пожара 1812 года. План хотя и был утвержден Александром I, но от­вергнут Комиссией для строений как нереаль­ный, предусматривавший площади на частно­владельческих землях, прокладку улиц и пере­улков по новым трассам и пр. Очевидно, Гесте основывался на донесениях о почти полном уничтожении основных частей Москвы во вре­мя пожара. Эта отправная позиция позволила Гесте составить регулярный план в 1812 году для выгоревшего Подола в Киеве, ранее со­стоявшего из деревянной и стихийно-развив­шейся застройки. Для Москвы, города со сложной исторически развившейся структурой, многими каменными строениями, которые хотя и сгорели, но сохранили остовы, и сооружения­ми, закреплявшими трассы улиц, такой подход был явно ошибочным, что и привело к провалу проекта Гесте.

Учитывая этот опыт, Гесте в дальнейшем бережно относился и к существующему фонду застройки, по возможности сохраняя и частич­но регулируя планировку старых частей горо­да, которую стремился подчинить регулярно­сти.

Так, например, пишет Гесте, при осмотре Киева, в частности его Печерской части, кото­рая «выстроена хотя не совершенно регулярно, но переменить вообще расположение невоз­можно и следует только поправить, расширить и открыть новые улицы по возможности».

Гесте отказывается от регулярности при планировке только в тех случаях, когда «строе­ния выстроены в тесных горах, скалах и на узких равнинах» … Тогда они «должны быть по-прежнему состоять по причине того, что ме­стное положение не позволяет привесть их в регулярство».