Автостоянка под Зеленым ковром

106

Группы зданий, небольшие районы, промышленные зоны обычно контрастируют по цвету с природным окружением. Концепция контраста цветовой среды одной из таких зон принадлежит Ж. Ф. Ланкло. Колорист работал в городе Фоссюр-Мер на юге Франции над полихромией индустриальной зоны, застроенной гигантскими металлическими резервуарами, находящимися на фоне пустынного пейзажа. Он прибег к заметному визуальному оживлению объектов контрастным многоцветьем, что было спровоцировано цветовой монотонностью природного окружения.
Скудная в цветовой выразительности природная среда побуждает к цветовой активизации архитектуры. В этом отношении показателен опыт скандинавских стран, северных районов Канады. Для северных регионов характерен длительный снежный покров, небольшое количество солнечных дней и, как следствие, мягкий рассеянный свет. Цветовое голодание и недостаток солнечного света вызывает к жизни яркую полихромию и общую цветовую насыщенность поселений.

Если художественный контраст между небольшим поселением и природой — явление обычное, то этот же контраст на уровне города и его окружения встречается редко. Рассмотрим цветовую концепцию нового города Парижского района Марн-ля-Валле, разработанную в 1976 г. Ф. Риети — автором полихромии «Стержней Дефанса». Он выиграл конкурс на цветовую концепцию этого города и получил возможность ее реализации.
Риети сознательно противопоставил доминирующий цвет нового города цветовому контрасту местности. Он попытался найти монохромный образ города, вдохновляясь древними городами, построенными из одного материала и контрастирующими с природным цветовым окружением. Правомерно ли переносить в нашу эпоху установку древних мастеров, утверждавших художественное произведение вопреки природе? «Превосходство» человека над природой убедительно «доказано» бетонными нагромождениями. Вот почему так импонирует стремление сохранить природные цветовые сочетания, поиски гармоничного соотношения естественных и искусственных цветовых компонентов. Однако создание ярко индивидуального колористического образа города теоретически может строиться и на контрасте с природой.
Чтобы оценить концепцию колористики Марн-ля-Валле, необходимо понять мотивы, обусловившие выбор Риети доминирующего цвета города. Он отрицает окрашивание бетона, чтобы, скажем, с помощью охристого цвета связать его с землей или камнем, видя в этом цветовую несостоятельность современных архитекторов. Риети называет проявлением волюнтаризма их отказ от хроматической палитры. Если используется лишь белый цвет, то открывается дорога «чистой» архитектуре, предоставляющей свободу действий исключительно пространствам и объемам. Но одна ахроматика не в состоянии выразить пульсирующей динамики функций города, который представляется лишь «макетом из полистирола», поэтому Риети не доверяет ни абстрактному белому, ни «натуральным цветам». Синий и зеленый цвета наиболее удалены от цветов природных строительных материалов и наиболее условны в архитектуре. Никто не будет считать здание синего цвета частью неба, хотя синий цвет и вызывает представление о небе, но скорее утверждает сходство с воздухом, поэтому «небесный» город действительно оригинален. Так Риети приходит к идее города в синей гамме, которую он рассматривает как средство его увековечивания. Конечно, предполагается расширенная трактовка синего от сине-зеленых до сине-фиолетовых оттенков. Городской центр Риети представляет кристаллом лазурита или турмалина, грани которого переливаются всеми цветами, но который тем не менее остается синим. При этом нить охристо-оранжевого цвета (в качестве вызова или каприза) не нарушила, а, напротив, подчеркнула бы гегемонию синего. В этом образе отчетливо звучат нотки абстрактно-художественной концепции колориста. Торговый комплекс «Аркады» в Нуази-ле-Гран — один из фрагментов центра нового города — реализуется в синем колорите.
Оригинальность — ценнейшее, но явно недостаточное качество цветовой среды города. Эта среда способна родиться и на экстравагантном контрасте с многоцветием природного окружения, но призвана отвечать требованиям жизни, а не сохранять лишь отвлеченную формальную чистоту.